Документальные свидетельства о преступлениях, совершенных нацистами в Колдычевском лагере смерти

Одной из форм реализации нацистской политики геноцида на оккупированной территории Беларуси стало создание многочисленных мест принудительного содержания населения. Под определением «место принудительного содержания» понимается учреждение либо территория, куда захватчики помещали людей помимо их воли, с причинением им нравственных и физических страданий (гетто, тюрьмы, концентрационные лагеря, сборные пункты для отправки на принудительные работы в Германию и др.). На территории оккупированной Беларуси нацистами было организовано около 250 лагерей военнопленных и 350 мест принудительного содержания гражданского населения. Многие из них становились местами массового уничтожения. По подсчетам современных исследователей в концлагерях, гетто, тюрьмах на территории Беларуси в 1941–1944 годах погибло свыше полутора миллионов мирных граждан и около 800 тысяч военнопленных Красной Армии.

В имении Колдычево (18 км от г. Барановичи) оккупанты создали один из самых страшных лагерей на оккупированной территории Беларуси. Выявленные архивные документы доносят до нас сведения о чудовищных злодеяниях нацистов, совершенных в этом месте принудительного содержания и массового уничтожения.

Лагерь был создан в марте 1942 года. Для содержания заключенных использовались хозяйственные постройки – конюшни, гумна, сараи, а таже специально построенные двухэтажная кирпичная тюрьма и бараки. Охрану лагеря осуществляли 100–150 полицейских-коллаборационистов из состава 13-го белорусского батальона СД.

В Колдычевский лагерь доставлялись заключенные из тюрем городов Барановичи и Столбцы, партизаны и подозреваемые в связях с партизанами, члены их семей, цыгане, евреи, иные лица, нарушавшие распоряжения оккупационных властей. Одновременно в лагере содержалось до 10 тысяч узников. Заключенные были обязаны носить на одежде специальные нашивки, по которым определялась степень их «опасности» с точки зрения нацистских оккупационных властей.

Созданные в лагере условия содержания обрекали узников на гибель. Изнурительный рабочий день для заключенных длился по 10–12 часов в сутки. Часть узников работала в сапожном, столярном, швейном, кожевенном, бондарном, мыловаренном и кирпичном цехах. Остальные были заняты на торфоразработках, перевозке грузов, разгрузке и погрузке стройматериалов. Заключенные спали на нарах, покрытых соломой и установленных в 3–4 яруса. Антисанитарные условия, истощение, тяжелый физический труд приводили к распространению таких инфекционных заболеваний, как тиф и дизентерия (все заболевшие подлежали немедленному уничтожению). Заключенные подвергались систематическим издевательствам и пыткам со стороны охраны лагеря.

Из протокола допроса бывшего узника Колдычевского лагеря А.Ф.Достоевского (от 16 февраля 1961 г.): «В мае 1944 года я был арестован немецкими властями и сразу же был заключен в Колдычевский концлагерь. Арестован я был по подозрению в связи с советскими партизанами. В Колдычевском концлагере я содержался до 1 июля 1944 года, но в связи с приближением линии фронта я в числе других заключенных был направлен в Германию. В районе города Варшавы я совершил побег и вскоре был освобожден советскими войсками.

ВОПРОС. Где располагался Колдычевский концлагерь и что он из себя представлял?

ОТВЕТ. Колдычевский концлагерь располагался недалеко, в 600 метрах, от деревни Колдычево Городищенского района Брестской области на территории бывшего панского имения. Концлагерь занимал площадь примерно 400×400 метров, обнесенную в несколько рядов колючей проволокой. Внутри концлагеря имелась кирпичная тюрьма примерно на 260 человек, в которой содержались заключенные. В виде жилья для узников концлагеря были приспособлены деревянные надворные постройки бывшего имения, в которых раньше содержался скот. Внутри этих бараков мне быть не пришлось, так как я весь период нахождения в Колдычевском концлагере содержался в тюрьме.

Там же, в двухэтажном деревянном бывшем панском доме, размещался штаб охраны Колдычевского концлагеря, где и находились солдаты и офицеры охраны. Концлагерь усиленно охранялся. В основном в охране были лица из числа местных жителей, которые пошли на службу к немецким захватчикам. Это были белорусы и русские, служившие в войсках СС, или, как их заключенные называли, «эсдовцы», то есть работники карательного органа СД. Всей охраны было примерно 150 человек. Каждый из них носил немецкую военную форму зеленого цвета, и были вооружены различным оружием.

Шефом концлагеря был немец, фамилию которого я не знаю, высокого роста, очень полный. У немца был заместитель или, как его называли, комендант охраны. Таким, например, был Бобко, имел офицерское звание, а затем его сменил Калько, имя и отчество его не знаю, но со слов заключенных мне стало известно, что он является уроженцем Клецкого района Минской области, до войны якобы работал в дорожном отделе. Калько в то время был примерно 30 лет, высокого роста, точнее выше среднего.

Заключенные содержались в ужасных условиях. Работали по 12 часов в сутки на торфоразработках. За малейшую провинность, а иногда и без всякого к тому повода заключенных избивали. Широко применялась резиновая дубина, которой любой из охранников в любое время мог избивать узника концлагеря и сколько ему хотелось. Труд на торфоразработках был очень тяжелый, к тому же заключенные были слишком истощены. Каждому заключенному давали по полтора литра похлебки или, как ее заключенные называли, баланды. Для приготовления этого блюда использовали мясо подохшей лошади, первое время употреблять его было отвратительно, но потом узники концлагеря привыкли, так как никому не хотелось умирать от голода. Помимо этого, каждому заключенному выдавалось примерно 250 граммов эрзац-хлеба пополам с опилками.

[…] Кроме избиений над заключенными часто издевались. Например, если взбредет в голову какому-нибудь охраннику поиздеваться над заключенными, он приказывал падать на землю, где кто стоит, независимо от того, сухо там или грязно. Часто заключенные по-пластунски ползли по грязи, и это для карателя составляло удовольствие. На допросах, например, травили заключенных собаками […]».

Бывший заключенный концлагеря Л.З.Василевич в своих показаниях 1945 года сообщал, что «немецко-фашистские захватчики [в] концлагере Колдычево создали специальную камеру пыток. Она находилась под зданием управления лагеря. Гитлеровцы заключенным концлагеря прокалывали иголками языки, подвешивали, растягивали мышцы и натравливали на них специально выдрессированных собак…». Бывшая узница лагеря М.И.Ярмакович показала: «Когда я прибыла в лагерь, то у входной будки увидела изуродованный труп мужчины. Он лежал, как мне потом сказали, уже два дня. […] Около тюрьмы лагеря была виселица, а рядом с ней стоял юноша лет 16, который все время кричал „Удирал, догнали“, когда его голос слабел, он был избиваем рядом стоящими полицейскими, вдоволь „натешившись“, этого юношу повесили, и труп его затем был на виселице в течение нескольких дней». Бывшая партизанка А.М.Бабушка свидетельствовала: «В августе месяце 1943 года в полицейском участке м. Городище я видела женщину с хутора Огородники Городищенского района, гражданку Грипп, которую пытали в Колдычевском лагере. Она была вся изрезана ударами резиновых дубинок, пальцы, груди и все тело было испечено раскаленным железом, от нее несло трупным запахом, и она еле дышала».

Для целенаправленного умерщвления заключенных нацисты применяли «газенвагены» (душегубки), а также практиковали массовые расстрелы узников. Всего за период с марта 1942 года по июнь 1944 года по подсчетам исследователей в концлагере Колдычево было уничтожено около 22 000 человек.

Из протокола допроса бывшего узника Колдычевского лагеря А.Ф.Достоевского: «Перед бегством гитлеровцев, ночью с 29 на 30 июня 1944 года, из нашей камеры и из соседних камер тюрьмы по 2–3 человек заключенных стали выводить на территорию лагеря. Через решетку окна камеры мы не могли видеть, куда их отправляли, а когда рассвело, мы увидели через решетку окна камеры, что заключенных из тюрьмы выводили уже раздетых и разутых, со связанными назад руками. Руки были скручены колючей проволокой. Так, я лично видел среди других обреченных на расстрел сокамерника по фамилии Косьян, которого каратели из нашей камеры вывели в коридор тюрьмы одетым и обутым, а уже когда в числе других гнали из тюрьмы к штабу охраны, то он был раздет и разут, со связанными назад руками.

Вызов узников из камер на расстрел продолжался и днем. Таким образом, из 24 человек заключенных нашей камеры к 3 часам дня осталось всего 7—8 человек. Как я впоследствии узнал, расстрел заключенных совершался в березовом лесу, расположенном в 2 километрах от концлагеря. Всего, по подсчетам самих заключенных, каратели в тот раз уничтожили примерно пятьсот человек.

В тот же день, то есть 1 июля 1944 года, я в числе 167 человек заключенных был отправлен в Германию. В концлагере после моего уезда осталось еще много узников, которых, как мне известно стало уже впоследствии, в основном всех расстреляли, оставив небольшое количество человек, которых использовали каратели при эвакуации концлагеря как подводчиков и грузчиков».

Массовые захоронения убитых узников были обнаружены на территории самого лагеря, а также на расстоянии 1 км от лагеря в урочище Арабовщина и на расстоянии 2 км – в урочище Лозы.

Из акта Барановичской городской чрезвычайной комиссии о преступлениях, совершенных немецко-фашистскими захватчиками в г. Барановичи и его окрестностях от 1 января 1945 г.: «В самом концлагере Колдычево обнаружена яма-могила в форме буквы «Т» размером 35×5 метров. При полном вскрытии ямы с поверхности 0,5 метра и на глубину 3 метра обнаружены трупы мужчин, женщин и детей, сваленных в беспорядке, но вниз лицом с отведенными назад и связанными колючей проволокой руками. Медицинским исследованием и эксгумацией 560 взрослых и 14 детских трупов установлено, что причиной смерти взрослых были сквозные огнестрельные пулевые ранения головы, сопровождавшиеся значительными разрушениями костей свода и основания черепа. Смерть детей, в результате того, что они были брошены в яму-могилу живыми, наступила от удушья».

В 1945 году по приговору Военного трибунала в г. Курске был осужден к смертной казни через повешение бывший комендант Колдычевского лагеря обершарфюрер Ф.Иоран. В начале 1962 года в г. Барановичи состоялся открытый судебный процесс, в рамках которого четверых коллаборационистов – бывших охранников лагеря Колдычево (в том числе бывшего коменданта охраны Н.А.Калько) за совершенные ими злодеяния приговорили к высшей мере наказания – смертной казни.

Выявленные документальные материалы о преступлениях, совершенных нацистами в Колдычевском лагере смерти, предоставлены государственными архивами в органы прокуратуры в рамках оказания содействия в расследовании уголовного дела по факту геноцида населения Беларуси в годы Великой Отечественной войны и в послевоенный период.